ГлавнаяБиблиотекаО данмерахИстория Морровинда
2920, Последний год Первой Эры
Утренняя Звезда

1 Утренней Звезды, 2920
Мурнхолд, Морровинд


Альмалексия лежала на мехах в своей кровати и грезила. Она не открыла глаза, пока солнечный свет, пробившийся в комнату, не погрузил светлые деревянные и молочные оттенки ее комнаты в молочное сияние. Было тихо и безмятежно, завораживающий контраст с атмосферой ее видений, полных крови и празднеств. Несколько мгновений она просто смотрела в потолок, пытаясь разобраться в своих видениях.

Во внутреннем дворе ее замка находился бурлящий пруд, от которого сейчас, в прохладное зимнее утро, шел пар. Она махнула рукой, пруд очистился, и она увидела лицо своего возлюбленного, Вивека, который находился в своем рабочем кабинете на севере. Некоторое время ей не хотелось ничего ему говорить: он был так красив в своем красном одеянии, и он писал стихи, как и каждое утро.

"Вивек," сказала она, он поднял голову и улыбнулся, глядя на ее лицо, находившееся за тысячу миль. "У меня было видение, насчет конца войны."

"Не думаю, что через восемьдесят лет хоть кто-то может представить себе этот самый конец," сказал Вивек улыбнувшись, но тут же стал серьезным, он всегда доверял пророчествам Альмалексии. "Кто победит? Морровинд или Империя Сиродила?"

"Если Сота Сил не будет в Морровинде, мы проиграем," ответила она.

"Разведка доложила мне, что Империя собирается нападать с севера, ранней весной, самое позднее, в месяц Первого Зерна. Ты сможешь отправиться в Артаеум и убедить его вернуться?"

"Я выезжаю сегодня," просто ответила она.

4 Утренней Звезды, 2920
Гидеон, Черные Топи


Императрица мерила шагами свою камеру. Зима давала ей массу бесполезной энергии, летом она скорее всего будет сидеть у окна и благодарить богов за каждое дуновение затхлого ветра с болот. В другом углу комнаты лежал незаконченный гобелен, на котором был изображен танец в Имперском Дворе. Ей показалось, что гобелен издевается над ней. Она сняла его с рамы, порвала на кусочки и разбросала по всей комнате.

Потом она рассмеялась над собственным безнадежным актом сопротивления. У нее будет достаточно времени, чтобы восстановить этот гобелен и сделать еще сотню других. Император заточил ее в Замке Джиовез семь лет назад, и вряд ли он выпустит ее отсюда до самой смерти.

Вздохнув, она дернула за шнур, чтобы позвать своего рыцаря, Зуука. Он появился в дверях в считанные минуты, в полной униформе, как и подобает Имперскому Стражу. Большинство мужчин в племени Котринги, которое населяло Черные Топи, предпочитало ходить совсем без одежды, так что у Зуука был хороший шанс отличиться. Его серебристая, отражающая свет кожа была практически не видна, только лицо, шея и руки.

"Ваше Императорское Величество," сказал он, поклонившись.

"Зуук," сказала Императрица Тавия. "Мне скучно. Давай сегодня обсудим с тобой способы убийства моего мужа."

14 Утренней Звезды, 2920
Имперский Город, Сиродил


Колокольный звон, провозглашающий Молитву Южного Ветра, пронесся эхом по широким бульварам и садам Имперского Города, созывая всех в храмы. Император Реман III всегда посещал службы в Храме Единого, а его сын Принц Джуйлек считал политически более грамотным на каждый религиозный праздник отправляться в другой храм. В этом году он выбрал собор Щедрости Мары.

Службы в этом соборе были обычно милосердно короткими, но в тот день Император смог вернуться во дворец только после полудня. К тому времени сражающиеся на арене уже с нетерпением ожидали начала церемонии. Толпа поумерила свой пыл, когда Властитель Версид-Шай вызвал на арену труппу акробатов-каджиит.

"Ваша религия куда более удобна, чем моя," сказал Император своему Властителю, как бы извиняясь. "Какова сегодня первая игра?"

"Битва один на один между двумя умелыми воинами," сказал Властитель, его чешуйчатая кожа поблескивала на солнце, когда он вставал. "Вооруженные в соответствии со своей культурой."

"Звучит хорошо," сказал Император и захлопал в ладоши. "Путь начнется спорт!"

Как только он увидел двух воинов, выходящих на арену под рев толпы, Император Реман III вспомнил, что дал согласие на этот поединок несколько месяцев назад, но совершенно забыл об этом. Одним из состязающихся был сын Властителя, Савириен-Чорак, блестящий и скользкий, как угорь, сжимающий катану в обманчиво слабых руках. Другим бойцом был сын Императора Джуйлек, в эбонитовой броне с варварским орочьим шлемом на голове, щитом и длинным мечом на боку.

"Это будет захватывающее зрелище," прошипел Властитель, у него на лице была широкая ухмылка. "Я не знаю, видел ли я такие битвы в Сиродиле. Обычно армия против армии. В конечном итоге, мы сможем выяснить, что лучше - создавать броню, чтобы сражаться на мечах, как делаете вы, люди, или создавать мечи, чтобы сражаться, как делаем мы."

Никто в толпе, не считая нескольких советников из Акавира и самого Властителя, не хотел, чтобы Савириен-Чорак выиграл, но все затаили дыхание, глядя на его грациозные движения. Его мечи, казалось, являются частью его самого, вторым хвостом, растущим из рук. Противовес позволил молодой рептилии свернуться в клубок и перекатиться в центр круга, где он и занял наступательную позицию. Принцу пришлось тащиться вперед традиционно и куда менее впечатляюще.

Когда они набросились друг на друга, толпа заревела от восторга. Акавири был подобен луне на орбите Принца, он без усилий оказывался у него за плечом, пытаясь нанести удар сзади, но Принц молниеносно разворачивался в сторону противника и блокировал удар щитом. Но и его контрудары попадали исключительно по воздуху, а его противник падал на землю и проскальзывал у него между ног, от чего Принц начинал спотыкаться. В итоге Принц все-таки упал на землю с оглушительным грохотом.

Метал и воздух сплелись воедино, когда Савириен-Чорак начал наносить удар за ударом, а Принц по-прежнему блокировал их своим щитом.

"В нашей культуре нет щитов," пробормотал Версид-Шай Императору. "Моему мальчику это кажется очень странным, могу себе представить. В нашей стране, если ты не хочешь, чтобы тебя ударили, ты убираешься с пути."

Когда Савириен-Чорак наклонился назад, чтобы нанести очередную серию ударов, Принц вдруг ударил его по хвосту, от чего тот немедленно упал. Он тут же поднялся, но к тому времени Принц уже встал на ноги. Они начали кружить на месте, и занимались этим до тех пор, пока не рванулся вперед, вытащив катану. Принц увидел, что собирается сделать его противник и блокировал катану мечом, а вакидзаси - щитом. Короткое лезвие застряло в металле, и Савириен-Чорак потерял равновесие.

Клинок Принца чиркнул по груди акавири, и неожиданная острая боль заставила его бросить оружие. Через мгновение все было кончено. Савириен-Чорак распластался в пыли, а клинок Принца находился у его горла.

"Игра окончена!" провозгласил Император, голос которого тут же заглушили аплодисменты.

Принц усмехнулся и помог Савириен-Чораку встать и дойти до целителя. Император снисходительно похлопал своего Властителя по спине, чувствуя невероятное облегчение. Когда битва началась, он не понял, какие мизерные шансы на победу были у его сына.

"Он будет хорошим воином," сказал Версид-Шай. "И великим Императором."

"Помни об одном," рассмеялся Император. "У акавири много красивых движений, но если хоть один наш удар достигнет цели, вам придет конец."

"О, я запомню это," закивал Властитель.

Реман думал об этом комментарии все время, пока продолжались игры, и почему-то не мог в полной мере насладиться собственным остроумием. Мог ли Властитель оказаться еще одним врагом, таким же, как Императрица? На это стоит обратить внимание.

21 Утренней Звезды, 2920
Мурнхолд, Морровинд


"Почему ты не носишь зеленое платье, которое я тебе подарил?" спросил Герцог Мурнхолда, глядя, как одевается молодая женщина.

"Оно мне не подходит," улыбнулась Турала. "К тому же, я люблю красный цвет, ты же знаешь."

"Оно тебе не подходит, потому что ты толстеешь," засмеялся Герцог, повалив ее на кровать и покрывая поцелуями ее грудь и живот. Она тоже рассмеялась, но потом встала и натянула свое красное платье.

"Я пухленькая, как и положено быть женщине," сказала Турала. "Я увижу тебя завтра?"

"Нет," сказал Герцог. "Завтра мне надо развлекать Вивека, а на следующий день приезжает Герцог Эбонхарта. Ты знаешь, я не особо любил Альмалексию и ее методы правления до тех пор, пока она не уехала."

"И со мной тоже самое," улыбнулась Турала. "Я тебе понравлюсь только, когда уйду."

"Это неправда," фыркнул Герцог. "Ты и сейчас мне очень нравишься."

Турала позволила Герцогу один поцелуй на прощание и выскользнула за дверь. Она продолжала думать о его словах. Понравится ли ему, что она толстеет потому, что носит его ребенка? Понравится ли это ему настолько, что он захочется жениться на ней?

Год продолжается в месяц Восхода Солнца


Восход Солнца

3 Месяца Восхода Солнца, 2920
Остров Артаеум, Саммерсет


Сота Сил наблюдал, как послушники по одному доплывали до дерева оассом, срывали плод или цветок с его высоких ветвей прежде, чем упасть на землю с различной степенью изящества. Он улучил момент и одобрительно покачал головой, выражая восхищение днем. Побеленная статуя Сирабана, для которой, по слухам, великий маг сам позировал в незапамятные времена, высилась на краю утеса, словно обозревая бухту. Бледно-лиловые цветы проскато покачивались в такт мягкому ветерку. А внизу - океан и задернутая дымкой граница между Артаеумом и главным островом Саммерсет.

"В целом, приемлемо," - объявил он, когда последняя ученица бросила ему добытый плод. Взмах руки - и плоды с цветами вновь очутились на дереве. Еще один взмах - и ученики образовали вокруг чародея полукруг. Он достал из-под своих белых одеяний небольшой волокнистый шар, около фута в диаметре.

"Что это?"

Ученики поняли его задание. Им предстояло применить чары определения на этом загадочном предмете. Каждый послушник приблизил взор и вообразил этот шар в стихии вселенской Истины. Его энергия имела уникальные резонанс, как и у всех физических и духовных сущностей, отрицательный аспект, двойника, относительные пути, истинное значение, песнь в космосе, текстуру ткани пространства, грань бытия, которые всегда существовали и будут существовать.

"Это шар," - сказал молодой северянин по имени Веллег, что вызвало смешки у некоторых послушников помоложе, но большинство, и сам Сота Сил, нахмурились.

"Если уж ты дурак, то будь хоть забавным дураком, - проворчал чародей, а затем посмотрел на юную темноволосую девчушку-алтмер, казавшуюся смущенной. - Лилата, а ты знаешь?"

"Это гром, - неуверенно предположила Лилата. - То, что выделяют дреуг, когда им настает к-к-кр-кревиназим."

"Карвиназим, но все равно очень неплохо, - похвалил Сота Сил. - А теперь скажи мне, что это значит?"

"Не знаю," - призналась Лилата. Остальные ученики тоже покачали головами.

"Есть несколько уровней понимания всего сущего, - сказал Сота Сил. - Простой смертный смотрит на предмет и находит для него место в соответствии со своим образом мышления. Те, кто искушен в Старой Вере, в пути Пси, Мистицизме, способны видеть предмет и определять его надлежащее предназначение. Но чтобы достичь понимания и отделить зерна от плевел требуется еще более глубокий уровень. Вы должны определить предмет по его роли и по истине в нем и истолковать его значение. В данном случае, этот предмет действительно гром, что представляет собой субстанцию, образуемую дреуг, подводной расой, обитающей в северной и западной частях континента. Один год в жизни они претерпевают карвиназим, и в это время они выбираются на сушу и ходят по ней. А потом они возвращаются в воду и совершают мефф, то есть, переваривают кожу и органы, необходимые для жизни на суше. А потом они отрыгивают все это шарами, наподобие этого. Гром. Отрыжка дреуг."

Ученики смотрели на шар, борясь с тошнотой. Сота Сил всегда любил этот урок.

4 Месяца Восхода Солнца, 2920
Имперский Город, Сиродил


"Шпионы, - пробормотал Император, сидя в ванной и уставившись на свои мозоли на ногах. - Кругом одни предатели да шпионы."

Его служанка Риджа мыла ему спину, обхватив ногами за талию. После стольких лет она знала, когда нужно быть просто чувственной, а когда страстной. Когда Император пребывал в настроении, подобном нынешнему, требовалось успокоительная, умиротворяющая чувственность. И не говорить, пока он не задаст прямого вопроса.

Что он и сделал: "Как тебе это нравится: какой-то олух наступает на ногу нашему Императорскому Величеству и бормочет: "Сожалею, Ваше Императорское Величество" ? Не думаешь ли ты, что "Простите меня, Ваше Императорское Величество" было бы более уместно? "Сожалею!" - да это прозвучало почти так, словно этот аргонийский выродок сожалеет, что я до сих пор Императорское Величество. Будто надеется на наше поражение в войне с Морровиндом - вот как это прозвучало."

"Что бы вас утешило? - спросила Риджа. - Почему бы вам не приказать его высечь? Он всего лишь, как вы говорите, воевода Соулреста. Это научило бы его смотреть, куда ступает."

"Мой отец выпорол бы его. А мой дед убил бы, - проворчал Император. - Мне же все равно: пусть хоть все ноги оттопчут, только бы уважали. И не плели против меня заговоров."

"Вам нужно кому-то доверять."

"Тебе одной, - Император улыбнулся, слегка обернувшись, чтобы поцеловать Риджу. - Да, полагаю, моему сыну Джуйлеку, хотя ему не помешало бы чуть больше осмотрительности."

"А ваш совет, а Властитель?" - спросила Риджа.

"Шайка соглядатаев и гадюк, - засмеялся Император, снова поцеловав служанку. Когда они предались любовным утехам, он прошептал: - Пока ты мне верна, я совладаю с целым миром."

13 Месяца Восхода Солнца, 2920
Мурнхолд, Морровинд


Турала стояла перед черными, украшенными драгоценными камнями воротами. Ледяной ветер завывал вокруг, но она ничего не чувствовала.

Герцог пришел в ярость, узнав, что его любимая служанка понесла, и прогнал ее с глаз долой. Она вновь и вновь пыталась встретиться с ним, но его стражи прогоняли ее. Наконец, она вернулась в семью и поведала им правду. Если бы только она солгала и сказала, будто не знает, кто отец ребенка! Солдат, бродячий актер - да кто угодно. Но она призналась, что отец - Герцог, член Дома Индорил. И они поступили так, как и полагалось гордым членам Дома Редоран.

На ее руке был выжжен знак Изгнания - родной отец заклеймил ее, проливая слезы. Но гораздо больше ее ранила жестокость Герцога. Она смотрела то на ворота, то на обширные зимние равнины. Корявые, спящие деревья да небо без птиц. Никто теперь не возьмет ее во всем Морровинде. Нужно уходить отсюда подальше.

И она отправилась в свой путь - медленной, скорбной поступью.

16 Месяца Восхода Солнца, 2920
Сеншаль, Анекина (в наши дни Элсвеир)


"Что тебя беспокоит?" - спросила Королева Хасаама, заметив кислую мину супруга. В конце Дней Влюбленных он пребывал в отличном настроении, танцевал на балу со всеми гостьями, но сегодня ушел необычно рано. Когда она его нашла, он лежал, свернувшись, в постели, насупленный.

"Этот проклятая песнь барда, про Полидора и Элоизу, совершенно расстроила меня, - пожаловался он. - Зачем сочинять такие печальные песни?"

"Но разве она не правдива? Разве они не были обречены в силу жестокой природы этого мира?"

"Да неважно, в чем правда - он напакостил мне своей пакостной песней, и я не хочу, чтобы он делал это и впредь, - Король Дро'Зел соскочил с кровати. Его глаза слезились. - Так откуда, говорят, он заявился?"

"Кажется, из Гильвердейла, что на самом востоке Валенвуда, - сказала Королева, растерявшись. - Муж мой, что ты собираешься сделать?"

Дро'Зел выскочил из комнаты одним прыжком и побежал по ступеням наверх, в свою башню. Если бы Королева Хасаама знала, что собирается сделать ее муж, то не пыталась бы его остановить. В последнее время его настроение сделалось переменчивым, он стал подвержен вспышкам гнева и даже припадкам. Однако она не представляла себе всей глубины его безумия, равно как и ненависти к этому барду и его песне о злокозненности и порочности смертных.

19 Месяца Восхода Солнца, 2920
Гильвердейл, Валленвуд


"Послушай меня еще раз, - сказал старый плотник. - Если в ячейке три лежит никчемная медь, то в ячейке два - золотой ключ. Если в ячейке один лежит золотой ключ, то в ячейке три - никчемная медь. Если в ячейке два никчемная медь, то в ячейке один - золотой ключ."

"Я поняла, - сказал дама. - Вы мне объяснили. Итак, золотой ключ в ячейке один, верно?"

"Нет, - ответил плотник. - Начнем сначала."

"Мама?" - позвал маленький мальчик, дергая мать за рукав.

"Потерпи минутку, дорогой. Мама разговаривает, - сказала она, поглощенная головоломкой. - Вы сказали, что в ячейке три золотой ключ, если в ячейке два никчемная медь, верно?"

"Нет, - терпеливо возразил плотник. - В ячейке три никчемная медь, если в ячейке два --"

"Мама!" закричал мальчик. Его мать, наконец, оглянулась.

Яркая красная дымка накатывала на город волной, поглощая дом за домом. А перед ней шагал краснокожий великан. Даэдра Молаг Бал. Он улыбался.

29 Месяца Восхода Солнца, 2920
Гильвердейл, Валленвуд


Альмалексия остановила своего скакуна посреди огромного болота, чтобы дать ему напиться из реки. Тот отказался, даже будто отшатнулся от воды. Это показалось ей странным: они скакали от самого Мурнхолда, и его наверняка мучила жажда. Она спешилась и присоединилась к своей свите.

"Где мы сейчас?" - спросила она.

Одна из дам ткнула в карту: "Думаю, мы приближаемся к городу под названием Гильвердейл."

Альмалексия закрыла глаза, но тут же вновь открыла их. Видение было невыносимо ярким. На глазах у спутников, она подобрала осколки кирпича и обломки кости и прижала их к сердцу.

"Скачем дальше на Артаеум," - тихо приказала она.

Год перешел в месяц Первого Зерна.

Первое Зерно

15 Месяца Первого Зерна, 2920
Каэр Сувио, Сиродил


С отличной позиции высоко в горах Император Реман III все еще мог видеть шпили Имперского Города, но он знал, что находится уже далеко от домашнего очага. Лорд Главиус обладал роскошнейшей виллой, но все же недостаточной для того, чтобы целая армия нашла приют в ее стенах. Палатки располагались по холмам, и солдаты теснились толпой, чтобы насладиться знаменитыми горячими источниками. Немного чудно - ведь в воздухе еще витал зимний морозец.

"Принц Джуйлек, Ваш сын, чувствует себя нехорошо."

Когда Властитель Версид-Шай заговорил, Император подпрыгнул от неожиданности. Как этот акавир мог ходить сквозь траву абсолютно бесшумно - Императору было непонятно.

"Могу поспорить, что он отравлен," - проворчал Реман. "Пошлите к нему целителя. Я говорил ему, чтобы завел себе дегустатора, вроде того, что есть у меня, но этот мальчишка так своеволен. Кругом сплошные лазутчики, я ведь знаю".

"Я полагаю, что Вы правы, Ваше Императорское Величество" - сказал Версид-Шай. "Времена, когда предательство царит вокруг, и обязательно нужно не допустить победы Морровинда в войне, ни на поле битвы, ни более подлыми способами. Вот почему я крайне не советую Вам вести авангард в битву. Я понимаю, что Вам этого хотелось бы, подобно Вашему знаменитому предку и тезке Реману I, или Бразоллусу Дору, или Реману II, но я боюсь, что это будет безрассудством. Надеюсь, Вы не разгневаетесь на меня за прямоту".

"Нет," - кивнул Реман. "Я полагаю, что вы правы. Но кто в таком случае поведет авангард?"

"Я бы предложил Принца Джуйлека, чувствуй он себя получше" - ответил Акавир. "Но раз так не получится, то предложу Сторига из Фарруна, Нагея Риверхолдская на левом фланге, а на правом - Воевода Улагт из Лилмота."

"Каджиит на левом фланге и аргонцы на правом" - улыбнулся Император. "Никогда не доверял зверолюдям"

Властитель не обиделся. Он знал, что выражение "зверолюди" относится к исконно Тамриэльским расам, но не к тсаески или акавири, подобным ему. "Я вполне согласен с Вашим Величеством, но и вы должны согласиться, что они ненавидят данмер. Улагт затаил на них злобу с тех пор, как начались эти рейды за рабами, инициированные Герцогом Мурнхолда."

Император признал, что это так, и Властитель ушел. Странно, подумал Реман, но этот Властитель вызывает доверие. Хорошо, что он избрал правильную сторону.

18 Первого Зерна, 2920
Алд Эрфуд, Морровинд


"Как далеко находится имперская армия?" - спросил Вивек.

"В двух днях пути" - ответил лейтенант. "Если мы будем идти всю ночь, то достигнем доминирующей позиции у Приай завтра с утра. Наша разведка докладывает, что Император командует арьергардом, Сториг из Фарруна руководит авангардом, королева Нагея Риверхолдская на левом фланге, а на правом - Воевода Улагт из Лилмота."

"Улагт" - прошептал Вивек, думая о чем-то. "Разведка надежна? Кто принес новость?"

"Бретонец - наш шпион в стане врага" - сказал лейтенант и показал рукой на моложавого человека с песочными волосами, который тут же вышел и поклонился Вивеку.

"Как твое имя, и почему ты, бретонец, шпионишь против сиродильцев?" - спросил Вивек с улыбкой.

"Кассир Уитни из Двиннена зовут меня" - ответил человек. "Я работаю на вас потому, что не каждый сможет похвастаться, что шпионил для бога. И я еще полагаю, что это выгодное предприятие".

Вивек рассмеялся - "Да, это так, твои сведения верны".

19 Первого Зерна, 2920
Бодрумс, Морровинд


Тихое селение Бодрумс склонилось над извилистой рекой Приай. Это было пасторальное местечко, слегка заросшее деревцами там, где вода образовывала водоворот за крутым обрывом на востоке и перед зеленым лугом на западе. Странные растения Морровинда встречались здесь со странными растениями Сиродила, притом и те и другие росли пышно.

"Будет время поспать, как только закончишь!"

Солдаты слышали это уже все утро. Не хватало того, что они маршировали всю ночь, теперь они рубили деревья на обрыве, проклиная внезапный разлив реки. Многие из них пришли уже в то состояние, когда слишком устаешь, чтобы жаловаться.

"Позвольте мне объяснить то, что я понял, милорд" - произнес лейтенант Вивека. "Мы займем обрыв, и будем стрелять в них сверху вниз подожженными стрелами. Вот почему нужно, чтобы деревья были расчищены. Плотина на реке нужна для того, чтобы они шли по грязи, и это замедлит их продвижение."

"Ровно половина плана" - одобрительно произнес Вивек. Он схватил за плечо одного из солдат, который руководил перетаскиванием деревьев. "Погоди, мне нужно кое- что - берите самые большие ветви деревьев и обтачивайте их наподобие копий. Бери сотню в подчинение - за несколько часов должны справиться".

Солдат побежал выполнять приказ немедленно. Мужчины и женщины приступили к работе, обтачивая ветви.

"Гм, если вы не против, я спрошу, милорд" - замялся лейтенант. "Солдатам больше не нужно оружия. Они уже порядком устали таскать то, что на них".

"Эти копья не для солдат" - заметил Вивек и прошептал: "Чем больше они устанут, тем больше у них шансов хорошо выспаться сегодня ночью". После чего отправился наблюдать за работой.

Было важно, чтобы копья были остры, но еще важнее - чтобы они были правильно обточены и сбалансированы. Отлично подходила пирамидальная, но только не коническая форма острия. Он заставил солдат бросать изготовленные копья, чтобы проверить их балансировку, остроту и прочность. Те, чьи копья ломались, садились делать новые. Довольно быстро, несмотря на всеобщую усталость, они научились делать приличные деревянные копья. Как только они закончили, он показал им, что делать с копьями.

В эту ночь не было ни прощальных попоек перед битвой, ни нервных молодых солдат, куражащихся и одновременно боящихся завтрашнего дня. На восходе солнца все спали так крепко, как только могли, за исключением, конечно, часовых.

20 Первого Зерна, 2920
Бодрум, Морровнид


Мирамор устал. Последние шесть дней он играл в кости и распутничал по ночам, а днем маршировал. Он хотел, чтобы битва поскорее началась - по крайней мере, после нее можно будет передохнуть. Он находился в арьергарде, под командованием Императора, что было просто отлично, так как давало шанс выжить в бою. С другой стороны, приходилось тащиться среди грязи и отбросов, которые армия оставляла за собой.

Пересекая цветущее поле, Мирамор и его соратники начали вязнуть в холодной грязи. Было трудно просто идти вперед, не говоря уже о темпе. Далеко впереди они видели авангард, ведомый Лордом Сторигом, выходящий с луга к подножью обрыва.

Вот тогда-то все и началось.

На вершине обрыва появилась армия данмер, возникшая, казалось, ниоткуда, как даэдры, и обрушила потоки горящих стрел на авангард имперцев. Внезапно, группа всадников с флагом Герцога Мурнхолда проскакала по берегу реки, и скрылась в роще на востоке, через которую протекала река возле отмели. Воевода Улагт, оказавшийся неподалеку, зарычал, требуя отмщения, и устремился в погоню. Королева Нагея направила свое войско через брод, чтобы перехватить армию, стоящую на обрыве.

Император ничего не мог поделать. Его отряды слишком увязли в грязи, чтобы стремительно прорваться к месту событий. Он приказал развернуться к лесу, чтобы отразить возможную атаку людей Герцога Мурнхолда из засады. Они так и не появились, но большая часть императорских войск, развернутая в оборонительный порядок, так и простояла лицом к лесу всю битву, попросту потеряв время. Взгляд Мирамора был прикован к обрыву.

Высокий данмер, предположительно Вивек, подал знак, и боевые маги войска данмер обрушили свою мощь на что-то, находившееся к западу. Из того, что произошло потом, Мирамор заключил, что это была дамба. Огромный водный вал вырвался на волю, смешав авангард и левый фланг Нагеи, и унес их всех вниз по течению, к востоку.

Император помешкал, как будто ожидал, что исчезнувшая армия вдруг вернется, и отдал приказ об отступлении. Мирамору пришлось прятаться в тростниках, пока они не ушли, и тогда он тихо перебрался на сторону обрыва.

Армия Морровинда отступала к лагерю. Он мог ясно слышать их восторженные голоса, пока пробирался вдоль берега. К востоку он видел имперскую армию. Их смыло прямо на копья, воткнутые поперек течения реки, они все оказались там, и левый фланг Нагеи, и авангард Сторига, и правый фланг Улагта, сотни тел, развешенные как бусы.

Мирамор собрал с тел все ценное, что мог найти, и пошел вниз по реке. Ему пришлось пройти несколько миль, пока он не увидел реку, чистую от крови.

29 Первого Зерна, 2920
Хегаз, Хаммерфелл


"Вам письмо из Столицы"- сказала главная жрица, передавая пергамент Корде. Все молодые жрички улыбались с застывшими лицами, но правда состояла в том, что сестра Корды, Риджа, писала очень часто.

Корда вышла с письмом в сад, любимое ее место, оазис посреди одноцветно-песочного мира консерваториума. Письмо само по себе не содержало ничего необычного: дворцовые сплетни, сведения о последней моде на темно-винного цвета бархат, и рассказы об усиливающейся паранойе Императора.

"Тебе так повезло, что ты находишься вдали от этого кошмара" - писала Риджа. "Император приписал свои последние неудачи на поле брани работе шпионской сети при дворе. Он даже меня допрашивал. Руптга клянется, что не желает тебе жизни, полной подобных развлечений."

Корда прислушалась к шуму природы и пожелала себе как раз обратного.

А год продолжился - Месяцем Руки Дождя.

Категория: История Морровинда | Добавил: Хрисаор (2009/03/26)
Просмотров: 667 | Рейтинг: 0.0/0

Underdark Аномалия